Куда пойдут деньги МВФ, полученные Украиной?

Куда пойдут деньги МВФ, полученные Украиной?

Новая программа расширенного финансирования между Украиной и Международным валютным фондом, которой предшествовало принятие наскоро ряда законов, необходимых для подписания, вызвала в обществе неоднозначную реакцию и дискуссии. Власти говорят, что без кредитов МВФ Украинская экономика обойтись не может, потому что на нее будет ждать полный коллапс. И что финансирование, которое вместе с Фондом нам выделять другие международные доноры, должно стать материальной опорой, используя которую можно будет осуществить рыночные преобразования и за несколько лет перейти к устойчивому росту экономики. Ее оппоненты отвечают, что, мол, не надо Украинская пугать. Считают, что меры, возможность применения которых предусматривает сотрудничество с МВФ, слишком жесткие и болезненные, а реформировать народное хозяйство можно с помощью мягких шагов. Но главное, чем они часто упрекают власти, – то, что и в прошлом, и теперь огромные внешние вливания неэффективно используют эти деньги куда-то просачиваются как вода сквозь пальцы. Этот аргумент стоит исследовать подробнее.

Так сложилось, что кредиты, выделяемые МВФ Украине, обычно распределяются между двумя реципиентами: Нацбанком и бюджетом. Например, в мае прошлого года мы получили от Фонда $ 3200000000, из которых $ 1200000000 досталось НБУ, а $ 2 млрд предоставлено правительству для нужд государственного бюджета. В сентябре от МВФ поступило $ 1400000000, из которых $ 1 млрд было направлено в бюджет, а остальные – Центробанка. Такая практика относительно новая для МВФ, первоначальной целью которого было помогать странам преодолевать временные трудности именно платежного баланса. Однако в последнее время такие проблемы все чаще появляются в паре с резким ростом бюджетного дефицита. Особенно это актуально для проблемных стран еврозоны, которые, не имея возможности проводить собственную монетарную политику, вынуждены абсорбировать внешние шоки, которые приводят к ухудшению состояния платежного баланса, именно бюджетной сферы с помощью увеличенных дефицитов. Поэтому МВФ все чаще практикует предоставление займов как центробанки проблемных стран, так и их правительствам для финансирования бюджетных дефицитов.

Каждый из двух фактических получателей использует деньги в кардинально отличается от иной способ. Центробанк просто кладет полученную валюту на баланс, пополняя ней золотовалютные резервы (ЗВР). Эти средства строго учитываются, поэтому растратить их практически невозможно. Единственная проблема, которая теоретически может возникнуть, – их могут инвестировать в не совсем качественные ценные бумаги и другие активы (хотя законодательные требования к таким вложений очень высокие, и МВФ проверяет структуру активов). Поэтому многие эксперты сомневались в качестве ЗВР Нацбанка после кризиса 2008-2009 годов. Но, как видим, их сомнения были напрасными, ведь уменьшение резервов до $ 5600000000 произошло через осуществление многочисленных внешнеэкономических платежей, а не списания проблемных зарубежных активов центробанка.

Итак, регулятор получает займы от МВФ для компенсации дефицита валюты на внутреннем рынке (т.е. ключевую роль в таких кредитах НБУ играет именно их валютная форма). Но способны помочь эти деньги и эффективно они используются? Во-первых, если сравним их объем с темпом сокращения ЗВР, то увидим интересную картину. В прошлом году НБУ получил от МВФ в общей сложности $ 1600000000. При этом резервы в 2014-м уменьшились на $ 12900000000, в 2013 году – на $ 4100000000, а в 2012-м – на $ 7,2 млрд. То есть помощь Фонд не так уж и велика по сравнению с реальными потребностями Украины. А значительные внешние выплаты не оставляют сомнений в том, что полученные займы были использованы по назначению (прежде всего путем прямых продаж валюты на нужды Нафтогаза). И эта картина не изменилась бы, если бы транши поступали высокими темпами по изначально утвержденному графику, реализации которого помешала бездействие правительства и парламента.

Во-вторых, кроме сбалансированности платежного баланса кредиты МВФ, выданные Нацбанка, имеют целью стабилизировать курс национальной валюты. Учитывая его динамику этой цели не достигли. Здесь возникает ряд вопросов. Прежде глава НБУ Гонтарева не раз заявляла, что если НБУ изымет Нафтогаз с межбанковского валютного рынка, продавая ему доллары напрямую, то рынок должен уравновеситься, поскольку на это указывают параметры торгового баланса (счета текущих операций). Но проблема курса гривни в прошлом году была в основном вызвана оттоком капитала, учитываемого по финансовому счету платежного баланса. Поэтому равновесия на том уровне курса гривны не было и не могло быть, и регулятор об этом должен знать, имея доступ к оперативной информации по внешнеэкономическим контрактам. Поэтому НБУ должен был либо активно использовать полученные кредиты для стабилизации гривны, выходя на валютный рынок с интервенциями (но это привело бы к быстрому истощению резервов), или мгновенно, одноразовым решением еще в середине 2014-го установить курс, скажем, 20 грн / $ и поддерживать его меньшими суммами интервенций (что должно значительно меньшее негативное влияние на ЗВР). Зато центробанк и курса не удержал, и резервы не сохранил, неудачно и под принуждением МВФ осуществляя интервенции, и кредиты использовал неэффективно. Конечно, кто-то скажет, что задним числом легко давать советы, но вспомним, как Гонтарева постоянно говорила, мол, война вот-вот закончится, паника спадет, посмотрим на международные примеры государственной политики в таких случаях – и мы поймем, что было сделано слишком много ошибок. Надеемся, что в будущем их станет значительно меньше.

Кроме того, председатель НБУ утверждает, что новая программа сотрудничества с МВФ и начальный транш, который доставит Украине около $ 5 млрд, должны стать психологическим фактором стабилизации валютного рынка. Но если на рынке хроническая неравновесие, подпитываемая, как писал Неделя, внешними агрессивными силами, а НБУ не планирует выходить с интервенциями, то о какой стабилизации можно говорить? Конечно, недавние спад ажиотажа и укрепления гривны якобы противоречат такому мнению. Но это может быть только коррекция перед новыми взлетами и рекордами. По крайней мере если не принимать адекватные меры (не только и не столько со стороны НБУ, но и со стороны правительства и СНБО), то так оно и будет.

Второй, на сегодня главный получатель средств МВФ – бюджет. Он использует полученные займы по-другому. Прежде всего следует понимать, что целевого использования этих денег (в отличие от займов, которые под конкретные проекты предоставляют ЕБРР, Всемирный банк и другие доноры). То есть они идут в общий «котел», который имеет много входов и выходов. И в этом основная проблема, ведь за относительно спокойной ситуации в экономике те средства действительно могут «раствориться» подобно тому, как исчезали огромные суммы от приватизации Криворожстали, предыдущих программ с МВФ или тому же российского кредита в 2013 году. Поводов и инструментов для этого можно найти целый ряд. По словам экспертов, даже на разнице в правилах учета реально отмыть большое количество бюджетных денег. Например, бывший вице-премьер-министр Словакии Иван Миклош в одном из интервью заявил, что если в его стране в 2003 году ввели новую европейскую систему оценки состояния государственных финансов (ЕСС-95) и перечислили за ней дефицит бюджета 2002 го, то он вырос с 3,4%, о которых отчитывалась официальная статистика, до 12,3%. Неудивительно, что миссии МВФ так долго задерживаются в Украине, ведь им нужно изучить все параметры сметы страны и перевести их доступной им «языком», то есть на другой стандарт учета.

В то же время нынешняя сложная ситуация в экономике и государственном бюджете облегчает работу Фонда в контексте контроля за использованием предоставленных нам кредитов. Дело в том, что в течение следующих трех лет Украина должна обслужить и погасить валютного долга почти на $ 25 млрд (см. «Время расплаты»). Поэтому практически все деньги из новой программы пойдут на погашение старых долгов. Недаром МВФ часто приурочивает транша своих кредитов до очередных крупных выплат по внешнему долгу, по крайней мере так было в прошлом году. Это дает основания быть уверенными, что полученные средства правительство использовало по назначению. Поэтому теперь украинском не стоит волноваться, а критиканам программы МВФ следует лучше продумывать свои аргументы. Но будет ли так всегда? Надеемся, что да.